Праздник на 78 градусах северной широты

Праздник на 78 градусах северной широты

В 1935 году издательство Севморпути перевело книгу «725 дней во льдах Арктики» Юлиуса Пайера. Его историями зачитывались многие советские полярники,  и все же кое-что оставалось для них тайной


Светлана ВОЛГИНА

Юлиус Пайер был австрийским военным моряком, возглавившим первую полярную экспедицию своей страны. Трехмачтовая шхуна «Тегетхоф», построенная специально для этого похода, в 1872 году отправилась на север и вмерзла в лед. В 1873 году судно вынесло дрейфом к неизвестной ранее земле, которую экспедиция назвала Землей Франца-Иосифа, императора Австро-Венгрии. Экспедиции удалось спастись только когда, бросив шхуну и пересев на собачьи упряжки, ее члены вышли на кромку льда в районе Новой Земли, где их шлюпки подобрали русские рыбаки. За две зимовки экипаж «Тегетхофа», состоящий из австрийцев, чехов, итальянцев, хорватов и пары скандинавов, потерял всего одного человека.

Увы, император Австро-Венгрии не оценил перспективы открытия – экспедиция вернулась в Вену после страшного финансового кризиса, когда денег в казне не было и любые рискованные инвестиции отвергались с порога. Поэтому второй экспедиции на землю Франца-Иосифа не последовало, а Пайер стал героем газет лишь на один день – да и то с очень большими оговорками, так как его рассказам о пережитых страданиях попросту не поверили. Конечно, участники экспедиции были сильно разочарованы, что совершенное с риском для жизни открытие оказалось никому не нужным. И все-таки мир узнал об открытии благодаря Пайеру, написавшем книгу на базе записей в своем полярном дневнике. В конце жизни первопроходец занялся живописью и в итоге прославился именно как художник. Огромная коллекция его картин и набросков, посвященных экспедиции «Тегетхофа» и открытию земли Франца Иосифа, хранится сегодня в запасниках Венского музея военной истории.

Перевод 1935 года был очень востребован – описание условий жизни во время двух зимовок на высоких широтах тщательно изучалось советскими полярниками. Но поскольку редактор и переводчик руководствовались в первую очередь практическими соображениями, то в переводе были опущены некоторые бытовые моменты, считавшиеся бесполезными для советского человека. Мы решили восполнить этот пробел, публикуя на русском языке воспоминания Пайера о новогодних праздниках, впервые в истории отмеченных на 78 градусе северной широты.

Юлиус Пайер о Рождестве, Новом годе и карнавале на борту вмерзшего в лед судна «Тегетхоф»:
«Пришло Рождество… Лишь ненадолго, около полудня, льды сдвинулись и мы почувствовали давление на борт. 

Но тревога быстро закончилась, и мы собрались на праздник и пиршество. Каждый из членов экипажа получил по полбутылки хорошего вина, к которому был добавлен грог, но такой слабый, что даже младенец мог бы пить его без ущерба для здоровья. На праздничном пиру у нас была сушеная рыба, медвежатина – умело прожаренная с приправами, орехи и хорошее настроение, которое, по крайней мере в этот день, передалось даже самым унылым из нас. Собаки, обычно голодные, получили еды даже с излишком, и некоторые из них решили закопать несъеденные куски в снегу на будущее. Когда открыли сундук с рождественскими подарками и раздали их экипажу, самое большое удовольствие получили те, кому досталась бутылка рома и несколько сигар».

«В последний день 1872 года мы вспоминали прошлые события и вынуждены были признать, что это был 
год разочарований. Сравнивая наши ожидания и реальность, мы были полны самой горькой самоиронии. Около полудня судно снова сдавило льдом, и мы бросились на палубу делать привычные приготовления, но «враг» опять отступил и мы сравнительно весело встретили новый год. Для праздника была заготовлена бутылка шампанского – одна из двух у нас запасенных – и мы рассчитывали выпить его, несмотря на все печальные перемены и тающие шансы на выживание. Но шампанское – увы! – подвело. Тиролец Клотц вздумал охладить его перед праздником. Пролежав четыре часа при температуре -19 градусов за бортом, бутыль предсказуемо лопнула – шампанское превратилось в газированный лед. В полночь экипаж исполнил серенаду 
и совершил обход судна, которое было украшено зажженными факелами. Покрытый инеем мех наших одеяний и льды вокруг поблескивали красным светом».

«Конец февраля напомнил нам о том, что на юге сейчас время карнавала, и экипаж решил его отметить – наделал масок из чего только смог. Звездой карнавала стала собака Самбу, которую нарядили в демона Линдворма (бескрылый ядовитый дракон с хвостом русалки – прим.ред.), и которая вела себя в точном соответствии с костюмом».    

Праздник на 78 градусах северной широты