Первый юбилей

От паруса к пару

Вступивший на императорский престол Николай I не был моряком, но понимал значение флота для проведения в жизнь твердой политики. Военно-морским силам во время его правления не раз приходилось играть решающую роль

Император обращал внимание и на судостроение. 31 декабря 1825 года он подписал рескрипт о формировании комитета образования флота во главе с начальником морского штаба Антоном фон Моллером. Комитет составили адмиралы Дмитрий Сенявин, Алексей Грейг, Семен Пустошкин, контр-адмирал Петр Рожнов, капитан-командоры Иван Крузенштерн, Федор Беллинсгаузен и Макар Ратманов. К лету 1827 года комитет определил штаты флотов, исходя из возможности не только оборонительной, но и наступательной войны. Флот должен был получать все более крупные корабли. Впервые в штаты были включены пароходы.

Штат Черноморского флота предполагалось составить из пяти 120-пушечных, десяти 84-пушечных кораблей, десяти 66-пушечных фрегатов, тридцати пяти меньших боевых судов, трех десятков транспортов и всего пяти пароходов. Был запланирован и гребной флот.

Штат Балтийского флота по плану 1826 года включал двадцать шесть линейных кораблей, девять фрегатов, пять учебных фрегатов, девять пароходофрегатов, двенадцать малых пароходов, два корвета, двенадцать бригов и шхун, шестьдесят пять парусных и семьдесят семь гребных судов – всего 217 единиц. По кораблям основных классов план предстояло выполнить к 1830 году. За шесть лет в Архангельске и Петербурге были построены двадцать два линейных корабля. Одновременно с ростом численности повышалось качество судостроения. Оно было организовано так, что детали кораблей, изготовленные на местах лесозаготовок, доставляли на верфи для сборки, что сократило время сооружения корабля до двух лет. С 1837 года в кораблестроении для упрочнения корпусов применяли бортовые ридерсы и раскосины. В начале 40-х годов была предпринята попытка унифицировать типы боевых судов, которые строили на архангельских, петербургских и черноморских верфях. За основу взяли несколько типов построенных линейных кораблей, фрегатов и других судов с хорошими мореходными качествами и приемлемой стоимостью. На вооружение линкоров поступали пушки, стрелявшие разрывными бомбами. Английский капитан Кравфорт, побывавший в середине 40-х годов на Балтике, отметил превосходство новых кораблей над средиземноморскими в 1828–1829 годах.

 


На Черном море для кораблестроения широко использовали труд арестантов, из которых создали два военно-арестантских батальона в Николаеве и Севастополе

 

При преобразовании морской администрации были сформированы восемь рабочих экипажей для Черноморского и девять – для Балтийского флота. На Черном море для кораблестроения широко использовали труд арестантов, из которых создали два военно-арестантских батальона в Николаеве и Севастополе. Несмотря на низкую производительность труда арестантов, их безвозмездный труд был выгоден морскому ведомству. В 1830 году морские арестантские роты сформировали и на Балтике. Специалистов-кораблестроителей на Черном море свели в корпус корабельных инженеров из двадцати двух офицеров и тридцати инженеров унтер-офицерского звания. Все члены корпуса в чине ниже капитана по императорскому указу 1831 года должны были ежегодно сдавать экзамены, а офицеры – разрабатывать и представлять комиссии проект корабля. Молодые офицеры Василий Апостоли, Алексей Акимов и Степан Чернявский, изучавшие кораблестроение в Англии в 1826–1832 годах, по возвращении спроектировали по легкому военному судну.

Кораблестроением руководили отечественные специалисты. Суда строили из отечественных материалов. Развивалась российская промышленность, позволявшая снабжать корабли собственными изделиями.

Из-за недостатка средств корабли и суда строили медленнее, чем было необходимо для заполнения штатной численности. Император требовал обходиться казенными средствами, не привлекая вольнонаемных рабочих. Но военная необходимость заставляла поторопиться. В 1827 году был спущен на воду первый 84-пушечный корабль типа «Императрица Мария», за что корабельный мастер Разумов получил традиционную премию.

Подрядные верфи на первый взгляд работали быстрее. На Спасской верфи Шапошников построил второй эллинг, спроектированный с высочайшего разрешения приглашенным из Англии инженером Уптоном. Корабли на подрядных верфях закладывали и спускали чаще. Однако следует учесть, что подрядчики строили только корпуса, а всю прочую отделку и вооружение – треть объема работ – выполняли казенные адмиралтейства.

В 1828 году адмирал Грейг предложил построить хотя бы два вооруженных парохода, необходимых для связи между портами и крейсерством у берегов Кавказа. Николай I не возражал, при условии что строительство не потребует дополнительных ассигнований. Чтобы поторопить строительство, Грейг заказал у Берда в кредит один комплект машин. В 1829 году был заложен пароход «Громоносец». Через четверть века, в Крымской войне 1853–1856 годов, он оказался единственным пароходофрегатом Черноморского флота отечественной постройки.

Что касается сторонних заказов, администрация отдавала их подрядным верфям. Так строили грузопассажирское паровое судно «Одесса». За постройкой наблюдал корабельный мастер Илья Разумов. Постройку второго парохода для Одессы и двух – для связи этого порта и Редут-Кале также отдали на подряд.

Мастеровых для казенного судостроения не хватало в основном из-за того, что много сил приходилось тратить на килевание кораблей раз в два-три года. В результате многие суда служили всего шесть – восемь лет. Лучшим был бы ремонт с очисткой подводной части в доке. Однако проекты доков в Севастополе, которые Александр I разрешил строить в 1822 году, затерялись, и стройка не состоялась.

Реформы в кораблестроении, касавшиеся штатной численности флота, наложились на участие моряков в боевых действиях.

 


Черноморский флот под командованием адмирала Грейга обеспечил с моря взятие Анапы, Варны и ряда других портов на побережье Турции

 

В отличие от Александра I, который избегал помогать грекам в их освободительной войне, его преемник вместе с Англией и Францией выступил на защиту зарождающейся греческой государственности от произвола турок. 8 октября 1827 года соединенная эскадра разгромила в Наварине турецко-египетский флот. Особенно отличился корабль «Азов» под командованием Михаила Лазарева, он первым заслужил георгиевский флаг.

За помощь Греции султан закрыл Черноморские проливы для плавания российских судов, отменил прежние договоры и объявил войну России. В 1828–1829 годах балтийская эскадра на Средиземном море блокировала Дарданеллы и нарушила снабжение Турции по морю. Черноморский флот под командованием адмирала Грейга обеспечил с моря взятие Анапы, Варны и ряда других портов на побережье Турции, а также уничтожение и захват турецких судов на море и в портах. Дунайская флотилия обеспечила переправу и поддержку артиллерией действий войск вблизи реки, в частности, при осаде Силистрии. Значение флота в полной мере проявилось в этой войне, завершившейся победой России.

 


Благодаря усилиям Лазарева Черноморский флот стал более сильным, чем флот Турции

 

Казалось бы, все хорошо. Однако Лазарев, назначенный начальником штаба Черноморского флота, отмечал в письме многочисленные недостатки внутреннего устройства кораблей, вооружения, рангоута и слабость адмиралтейства в Севастополе. Вскоре ему предстояло провести преобразование флота. В 1834 году его утвердили главным командиром Черноморского флота и портов. В этой должности он много сделал для того, чтобы создать образцовый парусный флот. Совершенствование существовавших и новых кораблей, многочисленные плавания для обучения офицеров и команд, улучшение кораблестроительной и ремонтной базы были основными направлениями его деятельности. В России Черноморский флот благодаря усилиям Лазарева стал более сильным, чем флот Турции. Численно превосходивший черноморский, балтийский флот уступал ему качественно, так как не мог проводить боевую подготовку и ремонтные работы круглогодично.

Начало строительства винтовых кораблей затянулось. Первым винтовым движителем оборудовали паровой фрегат «Архимед», построенный по чертежам образцового фрегата «Паллада». В 1849 году судно оснастили изготовленными в Англии паровыми машинами. На испытаниях под парами он дал скорость 6,75 узла. В 1850 году фрегат участвовал в блокаде берегов Дании и при возвращении разбился о скалы. Лишь в 1851 году Пароходный комитет составил программу постройки для Балтийского флота корвета, трех фрегатов и пяти судов других классов. В 1853 году был спущен на воду в Архангельске винтовой фрегат «Полкан». К началу Крымской войны Россия не имела винтовых кораблей, способных противостоять подобным кораблям Англии и Франции.

Конечно, были изобретения, которые являлись передовыми. Например, в 1838 году по Неве прошел изобретенный русским академиком Борисом Якоби электроход. В 1834 году было построено первое в России металлическое военное судно – подводная лодка Шильдера. Однако эти и другие изобретения не могли быть осуществлены, ибо обгоняли время.

Менее чем за два десятилетия черноморцы обеспечили постройку флота в соответствии со штатами. Главный командир добивался дополнительных средств на постройку парусных кораблей, развитие кораблестроительной базы в Николаеве и постройку сухих доков и нового адмиралтейства в Севастополе. Для модернизации Николаевского адмиралтейства закупали станки и другое оборудование, строили крыши над эллингами. К 1844 году мастерские были в основном укомплектованы оборудованием для производства работ – производительность труда значительно возросла. Однако якорь-цепи для больших кораблей приходилось закупать в Англии, а цепи меньшей толщины в 1840 году решили делать на Выксунских заводах.

Постройка сухих доков в Севастополе была начата в 1835 году. Параллельно готовили площадку под новое Севастопольское адмиралтейство. К 1845 году была завершена постройка мортонова эллинга для вытягивания судов на берег с оборудованием, закупленным в Англии.

 


К началу Крымской войны Россия не имела винтовых кораблей, способных противостоять подобным кораблям Англии и Франции

 

В 30-е годы Александровский завод оказался практически единственным поставщиком артиллерийских орудий для Черноморского флота. Корабли строили все большего размера – орудия тоже вырастали, и это требовало больше чугуна. Если первоначально завод должен был отливать и пушки, и снаряды, то с 1835 года все двадцать пять тысяч пудов чугуна следовало пускать на орудия.

Черноморский флот получил серию лучших для своего времени 120-пушечных линейных кораблей типа «Двенадцать апостолов», нижний дек которых был полностью вооружен 68-фунтовыми пушками. Начальник Главного морского штаба князь Меншиков летом 1843 года в рапорте царю писал, что это едва ли не сильнейший корабль в Европе и Америке. На николаевских верфях строили и другие передовые для своего времени корабли, фрегаты и меньшие суда, на которых моряки проходили подготовку в круглогодичных плаваниях. С паровыми судами дело обстояло не так хорошо.

Лазарев первоначально решил уменьшить число военных пароходов до двух. Ими стали «Громоносец» и заложенная в 1834 году «Северная Звезда». Потом делали небольшие пароходы – «Силач», «Метеор» и другие. В 1845 году флот формально получил пять построенных в Англии пакетботов. В мирное время они занимались грузопассажирскими перевозками, но в случае войны должны были стать пароходофрегатами. Однако фактически флот имел единственный военный пароход – «Громоносец». Лазарев, оценивший значение паровых судов, добился разрешения на создание в Англии специального пароходофрегата «Владимир» с машиной мощностью 400 л.с. За границей его строили из-за лучшего качества зарубежных механизмов. В проектировании и постройке участвовал Влад Корнилов, вскоре ставший начальником штаба Черноморского флота. Черноморский флот получил четыре военных парохода. Но к этому времени даже в Турции на вооружении имелось три пароходофрегата, а еще два строились. Турки заказали в Англии еще пару машин для пароходов и оборудование для завода паровых машин под Сан-Стефано, вблизи Константинополя. Капитан первого ранга Владимир Истомин в секретной записке писал: «Хотя наш Черноморский флот корабельный и превосходит далеко как численностью, так и во всех отношениях флот турецкий, но нельзя видеть без беспокойства и даже опасения, что наше превосходство пред ними в отношении пароходов не в той пропорции».

Адмирал Лазарев в ответ на беспокойство, высказанное правительством, предложил основать на Черном море казенный пароходный завод, а пока пароходы и механизмы закупать за рубежом.